Размер Цвет Изображения Выйти
"Очень простая история" //

Над кем смеемся, по ком плачем?

На сцене "Содружества актеров Таганки" - "Очень простая история". К четырехлетию театра на Таганке Владимир Высоцкий написал стихи: "…четыре года рыскал в море наш корсар, - в боях и штормах не поблекло наше знамя!..." Годы существования "Содружества актеров Таганки" - это не только умение выстоять в "боях и штормах", но и постоянный поиск своего языка. Своей темы. В "Содружестве" играют классику - Чехова, Гоголя, Горького. Даже Некрасова. Ставят политический памфлет по Салтыкову-Щедрину. Но достигают наибольшего успеха в традиционном "таганковском" жанре литературного монтажа: "Четыре тоста за Победу", "ВВС (Высоцкий Владимир Семенович)", "Афган". Постановкой пьесы молодого украинского драматурга Марии Ладо "Очень простая история" Николай Губенко возвращает на Таганку еще один традиционный жанр - притчу. А зрителей - к мысли о том, что человеческая доброта превыше всего. Ведь "Добрый человек из Сезуана" Бертольда Брехта, с которого в старом театре на Таганской площади все началось, и есть не что иное как притча из китайской жизни. (Пусть автор и называет ее мудрено пьеса-парабола.) Только если у Брехта по-настоящему добрым оказался один-единственный человек в городе - продажная женщина, то у Ладо это звери да горький пьяница ("горький" еще и потому, что запил с горя). История на самом деле незамысловата: девушка из зажиточной крестьянской семьи полюбила соседского парня - сына нищего алкоголика. (Того самого.) Она ждет ребенка. Но ее отец против такого мезальянса, а потому везет дочку в город на аборт. Все смиряются с его решением, и только домашние звери (свинья, корова, лошадь, собака, петух) хотят во что бы то ни стало спасти зарождающуюся жизнь. Но чтобы ее спасти, нужна добровольная жертва. Алкоголик жертвует своей жизнью. Он и свинья, которую закалывает хозяин, чтобы заплатить за аборт, становятся ангелами. Иронизировать по поводу вышеизложенного несложно. И не без оснований. Да только вспомним, что это притча, сказка, игра, а играть нужно по условленным правилам. Словом, молодой автор следует брехтовской традиции. Там действие происходит "в провинции Сезуан, в которой были обобщены все места на земном шаре", здесь - крестьянский двор, который мог бы находиться в любом уголке земли. И там, и здесь два измерения: небо и земля. Там - боги и грешные люди, здесь - ангелы и люди не менее грешные. В "Очень простой истории" небо манит - это огромный голубой простор над крестьянским двором (сценография Заслуженного художника Украины Владимира Арефьева), где люди и звери живут одной семьей. Пьеса открыто сентиментальна. В ней есть все, что так дорого сентиментальной душе: и ангелы, и животные, и дети. С другой стороны, в ней перепев темы Рождества: как известно, Христос родился в хлеву, и первыми его приветствовали ангелы и звери. Рождение человека - великое таинство и праздник. В то же время все, что в ней говорится, с точки зрения религиозного человека любой конфессии, - ересь. Просто авторы этой сказки (притчи) исходят из наивной фольклорной веры в единство всего живого на земле и в то, что за все хорошее надо платить. А мысль о том, что животные ближе к Богу, потому что они безвинны и добры, выражали многие великие люди. Замыслом первой в жизни театральной постановки "Белых столбов" по Салтыкову-Щедрину Николай Губенко удивил театральную общественность. Зачем еще один политический спектакль, когда их так много в жизни? (в театрах царила яркая костюмная классика.) Именно тогда кто-то сказал, что "Губенко никогда не вступает со зрителями в рыночные отношения". Отсюда поэзия и искренность лучших его картин. Отсюда выбор абсолютно неконъюнктурной "Очень простой истории", как возможность уйти от повседневности, говорить стихами, петь зонги. (Стихи и зонги в этой пьесе - первая проба пера Николая Губенко в поэзии.) Попытка найти свой сценический язык неожиданно возвращает режиссера к формам старой Таганки. Где, с одной стороны, все условно: герои, сюжет, место действия, а с другой - очень напоминает сегодняшний день. Рядом с легендарным поколением таганковцев - Николаем Губенко, Зинаидой Славиной, Татьяной Лукьяновой, Аллой Богиной и Лидией Савченко в спектакле участвуют молодые артисты, которые недавно пришли в труппу. Одно из назначений зонгов - связать сюжет с современностью. Так старая кляча в пронзительном исполнении Зинаиды Славиной (когда-то блистательной Шен-Де в "Добром человеке") в поношенной солдатской шинели с орденами поет о том, что пока она могла возить, на ней все ездили, а теперь никому не нужна. Кого-то напоминает и петух, который всегда "бежит впереди прогресса", и всегда битый за правду пес, и добрая безответная свинья, которую закалывают в первую очередь. Но разве это всего лишь современные персонажи? нет, они вечны. Как вечна и проста мысль, которая все связала: люди, будем терпимы и добры друг к другу. Татьяна Семашко